Андрей Гаврилов: звездная болезнь
Пару недель назад вся Москва была увешана плакатами с анонсом концерта, посвященного памяти В.Горовица, в котором должны были принять участие юные пианистические дарования плюс известный пианист Андрей Гаврилов. Я наивно полагал, что этот концерт являлся неким hommage выдающемуся пианисту Владимиру Горовицу. Между тем, как я узнал из
интервью Гаврилова "Независимой газете", на самом деле дела обстоят всего лишь следующим образом:
"Некоторые господа становятся очень знаменитыми, как, например, Владимир Самойлович Горовиц. Тем не менее это легендарный фетиш американской культуры. Это просто воплощение вульгарности от начала и до конца, и как человека, и как личности, и как каждая нота им сыграна."
И, таким образом, Гаврилов не просто оказал милость Горовицу, а на самом деле в этом концерте подчеркнул "пропасть" между своим гениальным искусством и "отстойной" игрой В.Горовица:
"Я вот принимаю участие в так называемом концертном вечере его памяти, зная, что там будут выступать молодые ребятки, которые, к сожалению, совершенно уведены этими ложными фетишами в сторону, где нет света. Я хочу, чтобы, Бог даст силу, мое искусство, мой звук, мое появление в пространстве без слов обозначило черную пропасть между тем и другим."
Любопытно, что в этом же интервью г. Гаврилов еще более уничижительно отзывается о выдающемся советском пианисте Святославе Рихтере, чем в
интервью в свой предыдущий приезд в Москву (копию этого же интервью без назойливой интернет-рекламы можно посмотреть
вот здесь). Не знаю, быть может, я несколько старомоден в отношении к понятиям дружбы и чести, но, по-моему, крайне бесчестно так отзываться о своем покойном друге (и учителе в какой-то степени), даже если хорошо знаешь интимные подробности его жизни и располагаешь какими-то нелицеприятными сведениями о нем. Но не мне судить Гаврилова (в конце-концов, как сказал бы один мой знакомый психолог, "подобные высказывания типичны для данной клинической картины и поэтому малоинтересны").
О недавних выступлениях А.Гаврилова рассказала, например,
Татьяна Давыдова в своем обзоре концертов академической музыки, опубликованном в той же "НГ":
"...Неожиданностей не дождешься. И в БЗК, и в Доме музыки шли две абсолютно одинаковые шопеновские подборки, правда, в консерватории с затейливыми комментариями для пытливой аудитории. В ММДМ, где собралась более респектабельная публика, повлиявшая, видимо, на активизацию мимики и пластики артиста, добавилась сюита из "Ромео и Джульетты" Прокофьева - но в целом все то же. И там, и тут порхающие пальцы, бесплотная кантилена, "рахманиновские" кульминации на пианиссимо, и тут же тельняшкораздирания и кипящие страсти. Рафинированные и впечатлительные натуры найдут в творчестве этого художника много привлекательного, но жаждущие разнообразия сочтут, что однократного знакомства с нынешним "Я" маэстро Гаврилова вполне достаточно."
Добавление от 24 октября.
Та же Татьяна Давыдова написала более подробный отзыв о концерте в газете "Культура":
"Художник Гаврилов мастерски владеет перспективой (приближение - удаление) и знает цену колористическому контрасту, правда, увы, пользуется лишь несколькими излюбленными тонами. [...] Подобное любил Рахманинов - добраться до кульминации и убрать звук так, чтобы в груди дыханье сперло. Когда дыхание спирает в течение целой репризы, нетрудно и задохнуться.[...]
Похоже, Гаврилова реальность, или действительность, интересует лишь в ее заграничных (за гранью) проявлениях, или аномалиях. [...]"
Алексей Зубов
|
